Теги для нашей библиотеки:

Рефераты бесплатно, реферат бесплатно, курсовые работы, реферат, доклады, рефераты, рефераты скачать, рефераты на тему, сочинения, курсовые, дипломы, научные работы и многое другое.


  социология и политология

социология и политология

СОДЕРЖАНИЕ

 

 

Введение

Внешняя политика - это цель или серия целей, которые страна надеется достичь в отношении с другими странами и международными организациями. Однако страны не являются единственными действующими лицами во внешней политике, и внешняя политика страны простирается за пределы отношений с другими странами и включает в себя отношения с такими международными действующими лицами, как международные организации, многонациональные корпорации, объединения, региональные организации и др.

Внешняя политика также включает в себя инструменты или способы достижения международных целей. Международные цели, которые страна пытается достичь, варьируются от очень специфичных (например, решение спора о границах) до общих (увеличение влияния страны).



"национальным интересам". Ключевой элемент национальных интересов - национальная безопасность - обеспечение физической сохранности жителей страны. Другим элементом является обеспечение экономического процветания страны, зависящего от обеспечения ресурсами, баланса занятости населения, курсов обмена валют и других факторов международной политической экономики.

Третьим элементом национальных интересов является обеспечение благоприятной политической обстановки. Как минимум это включает возможность жителей страны выбирать свою собственную форму правительства, а так же может включать влияние на систему ценностей и процессы в других странах. Четвертым элементом национальных интересов является обеспечение национального единства.

которой страна может использовать любой из этих инструментов будет изменятся в соответствии с мощью страны, которая определяется как ее возможность заставлять другие страны действовать желаемым образом. Страна может быть сильной в одном и слабой в другом. Например, Япония обладает огромной экономической мощью и гораздо меньшей военной. Применение силы также зависит от ситуации.

Милитаристический инструмент основывается на полной и безоговорочной угрозе использовать силу и действительном использовании силы. Владение военной мощью - также инструмент, поскольку оно повышает репутацию страны и увеличивает ее влияние. Однако в настоящее время военная сила становится все менее важным и приемлемым инструментом, хотя некоторые все еще одобряют применение ограниченной силы в безоговорочно определенных сферах влияния.

Дипломатический инструмент подразумевает общение с другой страной. Методы включают прямые двусторонние правительственные переговоры и представительство на арене международных организаций.

сигнал возможному агрессору. Публичная дипломатия - третий метод дипломатии. Он означает попытку создания международного мнения, которое бы улучшило имидж страны и ее влияние.

пряника. Установление благоприятных тарифных ставок или торговых кредитов, предоставление иностранной помощи и займов, поощрение совместных инвестиций - вот некоторые позитивные экономические методы. Установление экономических санкций путем ограничения торговли или наложения эмбарго, отзыв помощи и исключение инвестиций – негативные

экономические инструменты.

Цель работы раскрыть цели и задачи внешней политики (на примере России). Для этого и поставлены следующие задачи (основные вопросы, подлежащие разработке (исследованию)): взаимоотношения России и НАТО; цели и задачи внешней политики России на западе.

1. Взаимоотношения Российской Федерации и блока НАТО

Одним из важнейших вопросов начала 90-х являлось расширение НАТО на Восток. Дискуссии на этот счет представляют собой частный случай более общей проблемы - окончательной ликвидации системы послевоенного раздела мира и попыток ее пересмотра в соответствии с итогами "холодной войны".

В развернувшейся в конце 1993 - начале 1994 гг. дискуссии вокруг расширения состава НАТО можно явственно разглядеть борьбу вполне конкретных интересов и стратегических планов субъектов политики, как в России, так и за рубежом. На тот момент на западе существовало несколько сценариев развития этого процесса.

Первый такой сценарий, условно говоря - сценарий "длинной очереди", отражает, прежде всего, интересы Соединенных Штатов, их военных и политических элитарных группировок. Суть его вкратце может быть представлена как постепенное расширение состава НАТО за счет последовательно Центральной и Восточной Европы, Прибалтики, Центральной Азии и непосредственно самой России. Наиболее последовательно данная концепция прозвучала из уст Генерального секретаря НАТО Манфреда Вернера, согласно высказыванию которого одной из главных функций НАТО становится "проецирование" стабильности на страны Центральной и Восточной Европы и Средней Азии[1]. Перспектива вступления в НАТО самой России также не раз становилась предметом консультаций высших руководителей США и Российской Федерации. Реализация данного плана позволяет обеспечить постепенную изоляцию России несколькими "поясами безопасности" до интеграции самой Российской Федерации в структуру НАТО, а также получить возможность в случае смены последней политического курса на любом этапе прервать дальнейшее расширение системы безопасности имея в активе значительное расширение зоны геополитического влияния. Скорость освоения Северо-Атлантическим блоком новых регионов также была заявлена. По словам министра обороны США Леса Эспина, увеличение списочного состава НАТО "должно происходить таким образом, чтобы число возникающих новых проблем было не больше, а меньше числа уже решенных проблем"[2].

Второй сценарий, подобно вышеизложенному, предполагал включение в состав НАТО стран Центральной и Восточной Европы, Прибалтики, Средней Азии и самой России. Его кардинальная противоположность состоит в отрицании какой-либо последовательности приема в Северо-Атлантический блок новых членов, так сказать "радикально-пацифистский" вариант решения вопроса. Наиболее выразительно данный вариант был представлен Борисом Ельциным. Он подчеркнул, что выступает против того, чтобы принимать в Североатлантический блок новых членов, "расчленяя их по одному". Но в будущем, по его мнению, может наступить момент, когда вместе, "в одном пакете", объединятся "и Россия, и все остальные государства", что обеспечит безопасность для всех.

Третий сценарий, фигурировавший в ходе дискуссии, предусматривал неукоснительное соблюдение статус-кво в рамках сложившегося баланса сил и дальнейшее становление европейской безопасности на его основе, в рамках структур СБСЕ, где как равные партнеры могли бы быть представлены НАТО, Заподно–Европейский Союз, “Варшавская” группа, страны Балтии и СНГ. Сторонниками данного сценария развития в России были, в первую очередь, силовые структуры (Совет Безопасности, Министерство обороны и военные из ближнего окружения Президента). В "радикальном" сценарии МИДа их не устраивало, помимо традиционного недоверия к "наиболее вероятным противникам", снижение роли военных во внутренней политике, а также жесткий контроль над деятельностью "силовых структур" со стороны западных военных и собственных гражданских органов.

Настоящий подход актуален отчасти и для Америки, но в данном случае последняя предполагает, что геополитические приобретения перекроют возможные потери. В США уже некоторым образом смирились с претензиями Германии на Восточную Европу.

2. Подписание Основополагающего акта Россия–НАТО

Североатлантический союз не собирался отказываться от планов расширения, да и как писал З. Бжезинский в газете “New York Times”, что “без расширения НАТО умрет”, союз будет лишен “исторического основания для существования” и тем самым произойдет “дискредитация американского лидерства”.

Весной 1995 года та же “New York Times” писала: Медовый месяц между Россией и США, начавшийся после окончания холодной войны, закончился. Министр иностранных дел Андрей Козырев и госсекретарь Уоррен Кристофер высказали мысль о том, что отношения между двумя странами должны превратиться в нечто новое и абсолютно неромантичное[3].

В течение 1996 года состав НАТО не изменялся, но подготовка к приему новых членов уже началась. 10 июля 1996 года парламентская ассамблея ОБСЕ приняла Стокгольмскую декларацию, объявляющую расширение НАТО одной из составляющих широкой европейской безопасности, и отвергла инициативу России по созданию Совета Безопасности ОБСЕ. А через две недели, 23 июля, конгресс США одобрил выделение 60 млн. долларов для помощи в подготовке к вступлению в НАТО Польши, Венгрии, Чехии и пригласил в НАТО Украину, Молдавию и страны Балтии. Факты свидетельствовали о том, что Вашингтон намерен добиться расширения НАТО и что Россия не имеет возможности помешать этому.

В целом итоги 1996 года свидетельствовали о том, что отношения между Россией и Западом существенно ухудшились, возрос уровень напряженности. Стремясь устранить возникшую напряженность, правительство США в начале 1997 года предприняло ряд активных шагов. В частности, новый государственный секретарь США М. Олбрайт провела в Москве переговоры с министром иностранных дел Е. Примаковым. Кроме того, о желании урегулировать отношения свидетельствовал приезд в Москву генерального секретаря НАТО Х. Салана. Оба западных политика предложили ускорить работу по подготовке соглашения НАТО – Россия, которое служило бы своего рода “компенсацией” за расширение НАТО на Восток. Было предложено установить в Брюсселе постоянный контакт Североатлантического союза и Российской Федерации о формуле “16+1”, предоставить право России участвовать в обсуждении всех вопросов, связанных с европейской безопасностью, планированием ядерной стратегии, проведением миротворческих операций.

Пытаясь заставить Брюссель изменить свои планы, Москва прибегла к открытому нажиму. В этой связи становятся понятными агрессивные заявления некоторых российских политиков с призывом по-новому подойти к проблеме неприменения ядерного оружия.

Нажим не достиг цели: руководство НАТО твердо заявило о том, что этот вопрос будет окончательно решен на сессии Совета НАТО в июле 1997 года. В начале мая Москва осознала неудачу попыток заставить Североатлантический союз отказаться от своих планов и решила встать на путь поиска компромисса, чтобы получить от Запада некоторые уступки и тем самым свести к минимуму негативные последствия решения НАТО.

В результате напряженных переговоров к концу мая 1997 года удалось согласовать компромиссный текст соглашения между Россией и блоком. Это был Основополагающий акт Россия – НАТО, или точнее: “Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Российской Федерацией и Организацией Североатлантического договора”[4]. Подписан этот важнейший во всех смыслах документ был 27 мая 1997 года в Париже. На смену логике конфронтации между вчерашними противниками, отметил президент Франции, наступает эра сотрудничества между равноправными и уважаемыми партнерами.

Вообще, точка зрения нашей оппозиции, по данному вопросу, была и остается предельно простой: в стратегии национально патриотических организаций противление расширению НАТО на Восток вписывается достаточно четко. Внешний враг продвигается к границам России. Ослабленная “предательством” известных деятелей страна не сможет противостоять нашествию. И только чрезвычайные меры смогут (естественно, в случае прихода к власти оппозиции) обеспечить безопасность страны.

Вследствие переговоров альянса с Польшей, Чехией и Венгрией о присоединении к блоку начавшихся 8 июля 1997 года, 12 марта 1999 - три бывшие участника Варшавского Пакта официально стали членами этой важнейшей организации (Россия здесь вряд ли могла на что-то повлиять). И именно с этого момента России пришлось вести политику с ближайшими своими Западными соседями уже не так как раньше, а считаясь с их статусом в блоке. Например, стали изменяться правила пересечения границы этих стран гражданами Российской Федерации.

Все время прошедшее после принятия новых членов и до настоящего момента было насыщено большим количеством разнообразных событий. Взять хотя бы, к примеру, операцию НАТО в Югославии унесшей большое количество жизней. После данного конфликта отношения России и Североатлантического альянса сильно обострились. Были временно свернуты все контакты предусмотренные “Основополагающим актом”, приостановил свою работу и постоянный  военный совет. Или если взглянуть на компанию развернутую против России в связи с контртеррористической операцией в Чеченской Республике, когда на нашу страну со стороны блока оказывалось сильное давление. Однако, несмотря на все это, контакты сохранились и по многим вопросам достигались столь необходимые компромиссы.

3. Цели и задачи российской  внешней политики на Западе сегодня и в будущем

Теперь мы знаем основные вехи недолгой, но зато насыщенной истории взаимных отношений Российской Федерации с Организацией Североатлантического Договора, а значит, и можем сделать некоторые выводы о внешней политике нашего государства в этом направлении.       

Пока расчет делается на общеевропейскую солидарность трех крупнейших европейских держав в противовес Соединенным Штатам — именно в этом направлении с благословения президента работает российская дипломатия. Но не нужно заниматься самообманом: в нынешних условиях европейская безопасность просто невозможна без американского участия.

И, конечно же, это участие будет расширяться. Свидетельством тому — подписание в Вашингтоне Хартии “США—Балтия”. Одни аналитики рассматривают ее как возможный противовес складывающейся оси Москва—Париж—Бонн, другие — как декларацию, заменяющую для этих стран реальное членство в Североатлантическом альянсе[5].

Проамериканская ориентация Прибалтики, на мой взгляд, — явление закономерное и соответствующее всей стратегии действий американцев на Европейском континенте. Другое дело, что Россия в очередной раз упустила инициативу, направляя свои усилия не на минимизацию существующих разногласий, а на их пропагандистское использование. Хотя о намерении восточноевропейских и прибалтийских стран связать свое будущее с Североатлантическим союзом было известно с момента их политического образования.

 Поразительно, но факт: в результате неудержимого стремления в НАТО “исчез”, по крайней мере, на официальном уровне, и ряд застарелых европейских территориальных претензий. Например, Румынии к Украине по поводу острова Змеиный, а также к Венгрии по поводу Трансильвании. Так что в этом плане расширение вполне можно рассматривать как позитивный процесс.

Нельзя не учитывать и то, что главным аргументом претендентов на вступление в НАТО было и остается желание как можно скорее приобщиться к европейским экономическим институтам и таким образом смягчить социальные последствия перехода к рыночным отношениям в экономике, привлечь инвестиции. Вместе с тем, по сообщениям восточноевропейской прессы, натовские военные базы рассматриваются не только и не столько в плане защиты от возможной агрессии, но и как возможность создания рабочих мест, ускоренного развития всей инфраструктуры.

В политическом плане — это еще и перспектива создания единой политической структуры, сочетающей как национальные особенности государственных образований, так и возможности общеевропейской интеграции.

Сегодня, на мой взгляд, нашей внешней политике необходимо определиться, как и на каких принципах строить отношения с вновь принятыми членами Североатлантического союза. Заклинаниями о негативном отношении к свершившемуся факту Россия, по сути, ставит под сомнение их право на выбор методов обеспечения собственной национальной безопасности, что является неотъемлемой частью всего международного права.

Для российских политиков достаточно неприятны итоги референдума по вопросам расширения НАТО, например, в Венгрии, где 85% населения высказалось за вступление страны в Североатлантический альянс.

На мой взгляд, уже давно пора переходить от заклинаний к реальной политике в этом направлении. И, прежде всего — проанализировать ближайшие перспективы, уже рассмотренного мной раньше, Основополагающего Акта Россия—НАТО. Ряд влиятельных аналитиков США считают, что Россия, подписав Акт, получила в политическом плане больше, чем претенденты на вступление в альянс. Лукавство? Но, рассматривая Акт как составляющую всего общеевропейского политического процесса, нельзя не признать, что Россия получила и серьезные преимущества. Но реализовать их можно, только четко определившись, чем станет Совет Россия—НАТО: дискуссионным политическим клубом или международным органом, рекомендации которого смогут оказывать влияние на принятие решений всего альянса. По сути, не став членом альянса, Россия сможет реализовать свое “особое положение” достаточно эффективно. Но только в том случае, если проявит больше гибкости в отношениях как с кандидатами на вступление в НАТО, так и с самим Североатлантическим союзом.

В российской внешней политике — достаточно безликой и прямолинейной — отсутствует понимание многомерной игры за отстаивание национальных интересов. Только недавно, например, стал учитываться такой фактор, как неоднородность натовского сообщества и возможность игры на существующих противоречиях, прежде всего между Соединенными Штатами и европейскими странами. Можно прогнозировать, что ко времени второй волны расширения НАТО эти противоречия будут углубляться. Готова ли российская дипломатия использовать это без ущерба для всей системы европейской безопасности?

С уходом в прошлое глобального противостояния Россия—США потребность в новом образе Североатлантического союза становится очевидной. Американским налогоплательщикам сегодня достаточно сложно объяснить необходимость содержать структуру, являющуюся порождением “холодной войны”. А нервная реакция со стороны России на расширение НАТО помогает убедить сомневающихся американцев, что безопасность США действительно начинается с Балтии и восточных воеводств Польши.

А вот наша система “аргументации” для собственного населения не выдерживает никакой критики. По-прежнему апеллируем к чувству страха перед надвигающейся агрессией с Запада. Но прошла первая волна расширения НАТО, а враждебных полчищ американоевропейцев, жаждущих рвануться к границам России и ее союзников, не обнаружено. Объявлять балтийские государства зоной особых российских интересов? Но Россия до сих пор не в состоянии четко определить, в чем состоит этот интерес, и, прежде всего в политическом плане.

Не лучше и с чисто военной аргументацией. Миф о том, что блок наращивает свою военную мощь за счет новых членов, как это пытается представить оппозиция, мифом и остается. Хотя бы уже потому, что вооруженные силы, как новых членов НАТО, так и претендентов уже давно ориентированы на Запад — и в плане перевооружения, и в плане оперативной подготовки. Их совместимость с войсками НАТО обеспечивается все возрастающим участием в международных учениях и маневрах на двусторонней основе.

Таким образом, увеличение численности натовских войск де-факто уже состоялось, если следовать логике противостояния и рассматривать НАТО и его новых членов как потенциальных противников.

Но военная составляющая имеет и свою обратную сторону. По мнению ряда американских политиков, вновь принятые члены будут обязаны нести расходы по модернизации своих вооруженных сил и участвовать в операциях за пределами территорий членов НАТО. Если состояние экономики Польши, Чехии и Венгрии позволяет хотя бы вести дискуссию по этому поводу, то со следующими претендентами дело обстоит гораздо сложнее. Проигравшие в натовский военно-экономический покер обречены и на политическое поражение внутри страны, а, следовательно — и на новый виток политической борьбы и противостояния. Вот это обстоятельство тоже совершенно не учитывается российской дипломатией. А зря! Какие же опасности несет России вторая волна расширения НАТО? Уместно вспомнить в этой связи о трех “нет”. Нет — намерениям размещать ядерное оружие на территориях новых членов, нет — намерениям использовать бывшие военные базы Варшавского договора, нет — размещению натовских войск на территориях новых стран-участниц альянса. Пока НАТО придерживается принятых на себя обязательств в отношении военных вопросов.

Экономическое признание — свидетельство определенных достижений в области рыночных преобразований, но никак не военно-политических уступок. При всей нашей привычке представлять внешнюю политику как последовательную служанку экономики от расширения НАТО до экономической конфронтации с Россией — дистанция огромного размера. Политически продавливать экономические преимущества уже нельзя — не те времена. И все же, как может повлиять вторая волна вступления в НАТО на экономическую ситуацию в Европе, развитие интеграции общеевропейского дома? Прогноз говорит о том, что “подводные камни” здесь находятся совсем в другом месте.

Заключение

Итак, анализируя все вышесказанное, можно подвести итог.

Россия, начиная с 1991 года. оказалась в принципиально новой ситуации. Каковы результаты проводимой нашей страной внешней политики в последнее десятилетие XX века? Существует разные мнения на этот счет, как пессимистичные, так и оптимистичные. Я же придерживаюсь нейтральной точки зрения.

Наиболее важные, поистине эпохальные события произошли в конце столетия. Именно 90-е годы стало вполне очевидно, что исторический спор между большевистской моделью социализма и капитализмом промышленно развитых стран решен в пользу Запада. После 1991 года коренным образом изменился внешнеполитический курс России, ее отношения с НАТО: покончив с политикой экспансии и конфронтации, Москва внесла решающий вклад в оздоровление международного климата, обеспечила достижение успехов в развитии диалога, взаимопонимания, сотрудничества и партнерства с демократическими странами Запада, произошло значительное продвижение на пути интеграции Росси в мировое сообщество. Ликвидация раскола мира на две антагонистические системы устраняет основы конфронтационной блоковой политики в Европе. Именно этот факт, а так же развитие международного сотрудничества открыли перспективу построения нового мирового порядка, в котором Россия будет частью мирового общества.

С 1992 года Россия занята поисками своего места в постконфронтационном мире, внося по мере необходимости определенные коррективы в свои отношения со странами мира.

Так же немало было достигнуто по отношению к СНГ. Именно благодаря нашему государству начался процесс реинтеграции внутри Союза. Однако на этом фронте была допущена масса ошибок приведших к усилению антироссийских настроений в бывших союзных республиках. Это показывает сомнительность однозначного отношения к проводимой политике как в СНГ, так в Азии и Европе. Не стоит идеализировать реальную ситуацию и замалчивать очевидное: у России и Запада (в частности) есть нерешенные проблемы, несовпадение интересов и взглядов, различные оценки тех или иных событий. Плюс к тому существует немало фактов наводящих на мысли о том, что НАТО все еще пытается смотреть на нас как на врага. В общем, еще много остается недосказано и нерешено. Одно точно ясно: Россия, явившись в мир в новом качестве, стремлением наладить конструктивный диалог с другими странами открывает путь к укреплению сотрудничества между членами многообразной, но единой человеческой цивилизации, ибо оно основано на реалиях современного мира и отвечает коренным интересам всего человечества.

Список литературы

1.     Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Российской Федерацией и Организацией Североатлантического договора// Российская газета. – 1997. – 28 мая.

2.     Арбатов А. НАТО – главная проблема для европейской безопасности//Независимая газета. – 2002. –16 апреля.

3.     Беляев С. Расширение НАТО на Восток: второй круг// Евразия. – 1998. –№ 2(28).

4.     Джордж Робертсон. Отношения НАТО-Россия: новое начало//Независимая газета. 2004. № 4.

5.     Иванов П., Халоша Б. НАТО и интересы безопасности России// Мировая экономика и международные отношения. – 1997. – №8, 9.

6.     Рогов С.А. Россия и США на пороге XXI века// Свободная мысль.– 1997. – № 5.

7.     Хавьер Солана. НАТО и Россия способны конструктивно сотрудничать// Военный парад. – 2002. – №31.


[1] Иванов П., Халоша Б. НАТО и интересы безопасности России// Мировая экономика и международные отношения. – 1997. – № 9. С. 21.

[2] Хавьер Солана. НАТО и Россия способны конструктивно сотрудничать// Военный парад. – 2002. – №31. С. 11.

[3] Арбатов А. НАТО – главная проблема для европейской безопасности//Независимая газета. – 2002. –16 апреля.

[4] Рогов С.А. Россия и США на пороге XXI века// Свободная мысль.– 1997. – № 5. С. 4.

[5] Там же. С. 6.



Рекомендуем

Опрос

Какой формат работ для вас удобней?

doc
pdf
djvu
fb2
chm
txt
другой


Результаты опроса
Все опросы